Акварельная элегия Федора Киселева

Ларина, Т. Акварельная элегия Федора Киселева / Татьяна Ларина // Веснiк Магiлёва. — 2008. — 10 октября. — С. 5.

Начало этой истории звучит, словно сказка: ког­да-то под крышей простого деревенского домика на Климовщине жили три брата. Все трое лю­били рисовать. И для каждого очень важно было, как оценит работу отец. Он рассуждал мудро: «Главное в картине – искренность чувств, когда она есть, любая работа прекрасна». Один из бра­тьев, Федор, запомнил слова отца на всю жизнь. Через много лет он написал свою родную дерев­ню, Иванову Слободу, вложив в эту работу всю свою любовь и воспоминания.

В детстве Иванова Слобода казалась Федору Стефановичу самым сказочным, самым по­этичным местом на земле. Отец любил читать детям сказки Пуш­кина, и мальчики были уверены, что строки «там чудеса, там ле­ший бродит, русалка на ветвях сидит» написаны про тот самый лес, который окружает их род­ную деревушку.

-  Весь наш быт проходил в пре­клонении перед искусством, – вспоминает художник. – Стены в доме были оклеены репродукци­ями. Это был своеобразный де­ревенский музей. Пейзажи Леви­тана, Венецианова, Шишкина…

В детстве и юности многие новички, начиная рисовать, пы­таются копировать работы из­вестных мастеров. Но Федор Киселев не из их числа. С са­мого начала он стремился писать по-своему, запечатлевать свой собственный взгляд на мир. Жизненная дорога приве­ла его в Витебский педагоги­ческий институт. Здесь, на зна­менитом худграфе, начинающий художник сделал первые серьезные шаги в творчестве. В союзницы будущий мастер выбрал акварель, самую кап­ризную и самую непредсказуе­мую краску. Акварель непос­лушна, она растекается в не­умелых руках, своенравно зада­вая рисунку собственный тон. И только настоящий мастер мо­жет совладать с нею, работая быстро и уверенно, точно зная, из какого сочетания красок воз­никают неповторимые, завораживающие оттенки цветовой гаммы.

-  Акварельная живопись срод­ни поэзии. И картина, и поэти­ческая строка начинаются с чи­стого листа, – продолжает Фе­дор Киселев. – Удивительно, что с годами, чем старше ста­новишься, к поэзии возвраща­ешься все более основательно. И в моменты, когда начинает­ся творческий кризис, перечи­тываешь творения белорусских и русских классиков, и стыдно ста­новится своей слабости. Стихи – ве­ликий пример творчества, в них сконцентрированы сила и творчес­кий полет.

Во всем многообразии класси­ки и современной поэзии Федор Киселев отдает предпочтение творчеству Пушкина. Неслучайно одна из лучших работ Киселева – «Аллея Керн».

Эта картина рождалась на исходе лета, когда грустно расставаться с чарующим многоголосием, в кото­ром есть все, – пение птиц, шелест трав, легкое дуновение ветра. С каж­дым днем все тише голоса, все про­зрачнее воздух… И душа невольно наполняется грустью при взгляде на удаляющуюся одинокую женскую фигурку. Она уходит все дальше и дальше, словно воспоминание о том, что уже никогда не вернуть.

Отголоски и образы прошлого влекут и манят мастера. В творчес­кой мастерской Федора Киселева немало работ, посвященных исто­рическим памятникам Беларуси. Картина «Несвижская легенда» была написана несколько лет на­зад. В старом замке, где в ту пору был расположен санаторий, худож­ник отдыхал и работал. Здесь он и услышал романтическую легенду о молодой королеве, отравленной вскоре после свадьбы, о том, что светлыми лунными ночами она по­является в окрестностях замка, обходя былые владения.

Таинственные замки, монасты­ри, деревянные церквушки… Ка­жется, что картины Федора Кисе­лева существовали задолго до того, как были написаны. Они – как сон, сбывшийся наяву. Ты здесь не был, но всегда знал, что эти места существуют.

Мастеру нравится рисовать ли­рические образы родного края. Они насыщены эпическим звуча­нием и очаровывают мягким ко­лоритом, оставляя простор для раздумий и воспоминаний. У ху­дожника практически нет темных работ. Он играет светом, стре­мясь подчеркнуть прозрачные контуры природы…

Характер Федора Киселева сродни стилю его живописи – светлый, легкий. Недавно худож­ник подарил Горецкой картинной галерее 25 своих лучших работ. Экспозицию назвали «Акварель­ная элегия».

- Рано или поздно для каждого из нас наступает осень, и весна уже не придет, – грустно улыба­ется художник. – Но она придет для других! И они, может быть, вспомнят о нас. Для меня это важ­но. А для вас?