Приднепровский рубеж

   Приднепровский рубеж : хроника 23-дневной обороны Могилева в июне-июле 1941 / Екатерина Льдова // Веснiк Магiлёва. – 2016. — 15 июня. — С. 10; 22 июня. — С. 10; 29 июня. — С. 10; 6 июля. — С. 10; 13 июля. — С. 10.

Золотыми буквами вписан в историю Великой Отечественной войны подвиг защитников города Могилева. Он стал настоящей крепостью, под стенами которой разгорелись невиданные для начального периода войны сражения. Эта оборона продемонстрировала всему миру беспримерную стойкость и жертвенный героизм нашего народа. Без танков, без должного авиационного прикрытия, без долговременных оборонительных сооружений в условиях окружения защитники Могилева выдержали массированный штурм танковых и мотомеханизированных соединений гитлеровцев.

23 дня под шквалом авиационных бомбежек и артиллерийских обстрелов на Днепровском рубеже советские воины самоотверженно отбивали массированные атаки немецких танков, бронемашин и пехоты. Могилев стал той цитаделью, которая вселила в сердца миллионов советских граждан непоколебимую веру в победу. А Буйничское поле стало таким же символом мужества и стойкости, как поля Подмосковья. Пулковские высоты, Малахов и Мамаев курганы, поле битвы под Прохоровкой, где в жарких боях писалась летопись Великой Победы в Великой Отечественной войне.

В течение трех недель город был настоящей крепостью. За такое время гитлеровцы в прошлом захватывали территории целых государств. Здесь же главными бастионами стали не каменные стены, валы и форты, а обычные люди – воины, рабочие фабрик и заводов, до последнего часа производившие для Красной Армии оружие, боеприпасы, снаряжение.

Под Могилевом и Смоленском был сбит наступательный темп, заданный планами блицкрига. Выигрыш времени и срыв стратегических планов хорошо обученного и технически оснащенного врага явились важными условиями для последующего его разгрома.

С помощью специалистов городской библиотеки им.К.Маркса мы воспроизводим хронику 23-дневной обороны Могилева.

22 июня. В пятом часу утра руководящий состав органов внутренних дел и госбезопасности Могилева уже знал, что началась война. Как свидетельствуют документы, первыми об этой страшной новости узнали чекисты. Именно в это время, как вспоминает бывший начальник правления НКГБ по Могилевской области П.С. Чернышев, «в моей свартире раздался телефонный звонок. Звонил дежурный по управлению, который передал распоряжение незамедлительно прибыть в управление для телефонного разговора с наркомом государственной безопасности. Из наркомата я услышал роковую новость: война, бомбят города от Черного моря до Прибалтики, незамедлительно принимайте необходимые меры у себя в области. Сразу же я информировал первого секретаря обкома партии И. М. Макарова… О том, что буквально через несколько дней Могилев будет фронтом, в первый день войны никому не приходило в голову…»

С тревогой и гневом встретил Могилев весть о нападении фашистской Германии на нашу страну. Город сразу же начал перестраиваться на военный лад.

22 июня. «В 13 часов состоялось экстренное заседание бюро обкома партии, где определены задачи, вытекающие из обстановки военного времени. В 16 часов прошло городское партийно-комсомольское собрание. На нем принято решение создать истребительный батальон по борьбе с диверсантами, шпионами, вражескими парашютистами, охране линий связи, ЛЭП и других объектов. Командиром батальона был назначен начальник школы НКВД Н.И. Калугин, а комиссаром – заведующий отделом пропаганды и агитации горкома КП (б)Б С. К. Бондаренко. Тут же в состав батальона записалось более 500 коммунистов и комсомольцев. На импровизированную трибуну митинга, проходившего на шелковой фабрике, поднимались коммунисты и комсомольцы, мужчины и женщины, люди, убеленные сединой, и безусые юноши. Все они выражали готовность вступить в смертельный бой с врагом. В отряд народного ополчения записалось 800 добровольцев…» (из воспоминаний секретаря Могилевского горкома партии Андрея Морозова).

Из воспоминаний Николая Ивановича Калугина: «Сообщение по радио о вероломном нападении фашистской Германии на Советский Союз каждый из нас, сотрудников переменного и постоянного состава школы НКВД – НКГБ, воспринял с болью в сердце. Состоялось собрание слушателей и преподавателей школы, на котором было принято решение создать полк народного ополчения и защищать город от врагов.

25 июня весь состав школы был направлен на девятый километр за город, где начали готовиться к обороне. Распределили людей на сотни, выделили в каждой сотне командира. А на следующий день они уже успешно действовали в качестве истребительных отрядов. Из числа командно-преподавательского состава школы было создано четыре заградотряда. Всех выходивших из окружения и отступающих небольшими группами бойцов мы задерживали на дорогах, направляли на пункты, где создавали из них новые подразделения.

23 июня. Начался массовый призыв в армию. В воинские части было отправлено 35 тысяч военнообязанных.

24 июня. На железнодорожную станцию Луполово прибыли первые 4 эшелона с подразделениями 172-й стрелковой дивизии для обороны Могилева. Они сразу же направляются на боевые позиции, ведут строительство оборонительных сооружений. На дальних подступах к городу ведется разведка, вспыхивают ожесточенные схватки с передовыми частями противника».

25 июня. Из Минска в Могилев прибыло правительство ЦК КП (б) Б, а также штаб Западного фронта. Первый секретарь ЦК П.К. Пономаренко на совещании партийно-хозяйственного актива города выступил с изложением задач обороны страны от немецко-фашистских захватчиков и подготовке Днепровского рубежа к надежной обороне.

«Значение Могилева и всей линии Днепра, – писал в своих воспоминаниях П. К. Пономаренко, – особенно возросло в связи с тем, что в конце июня 1941 года Ставка, исходя из сложившейся обстановки, приняла кардинальное решение. Группе армий резерва Ставки к исходу дня 28 июня занять и срочно оборонять рубеж Краслава, Дисна, Полоцкий укрепрайон, Витебск, Орша, р. Днепр до Лоева с задачей не допустить противника на московском направлении».

Оборона Днепровского рубежа на могилевском направлении непосредственно возлагалась на 61-й стрелковый корпус. Из Тулы на могилевское направление направлены 110-я и 172- я стрелковые дивизии 61-го стрелкового корпуса под командованием генерал-майора Ф.А. Бакунина.

Вечером вражеская авиация совершила первый налет на Могилев. Взрывы бомб ошеломили город. Во многих местах возникли пожары. Горела шелковая фабрика, ее окутал шлейф дыма: «Тогда я впервые своими глазами увидел войну и ее ужасы» (из воспоминании участника обороны Могилева С. Рябова).

-

С помощью специалистов го­родской библиотеки им. К. Марк­са мы воспроизводим хронику 23-дневной обороны Могилева.

26 июня. Город готовится к от­пору врага. Трудящиеся Могилева сделали все, чтобы превратить свой город в неприступный басти­он. Сохранились воспоминания могилевских руководителей об организации оборонительных со­оружений. И. Н. Макаров писал, что ему приходилось неоднократ­но приезжать к людям, видеть, как женщины, подростки, старики с лопатами, подводами, носил­ками работали в любую погоду, невзирая на усталость и опосты­левшие фашистские самолеты. Фронт приближался, что вызывало острую необходимость уско­рить работы. Как, за счет чего? Выход был в одном – поговорить с людьми, попросить их совершить невозможное. Иногда достаточно было сказать одно слово – надо… и совершалось, казалось бы, не­возможное.

Впоследствии в беседе с мар­шалом А. И. Еременко бывший начальник областного управле­ния милиции В. И. Сыромолотов говорил: «25 июня я был вызван в штаб, и мне было предложено… мобилизовать население на обо­рону города Могилева… На призыв выйти на сооружение оборонитель­ной линии откликнулись тысячи добровольцев. Ежедневно работали 10-15 тысяч человек. Люди, стро­ившие оборону, нередко подверга­лись налетам вражеской авиации, но не прекращали работу. За семь дней вокруг Могилева была созда­на достаточно глубокая система обороны города, которая включала полосы обеспечения на дальних и близких подступах и каскад внутри­городских заграждений».

«Во всю длину Бобруйского шоссе, насколько видел глаз, все шли и шли люди. Женщины, по­жилые мужчины, совсем юные мальчишки и девчонки. Подойдя к тому месту, где вправо от шоссе тянулся только лишь начатый про­тивотанковый ров, они без всяких команд поворачивали в поле, за­нимали еще свободные места и начинали рыть землю. Часть муж­чин военные отсылали куда-то дальше, в сторону Ямницкого леса и к Буйничам, где с раннего утра копали свои окопы располо­жившиеся здесь бойцы. (……)

Кругом были десятки торопливо работающих людей, все они мол­чали, и только шорох осыпающей­ся крошки да звуки вонзающихся в землю лопат нарушали повис­шую над полем тишину. Прошел час, другой, но никто не объявлял перерыва, женщины лишь смахи­вали с лиц капли проступившего пота и снова брались за лопаты. Женщины работали с каким-то ожесточением, не желая отдыха и не отвлекаясь на обычные еще вчера разговоры. Даже когда не­вдалеке появился самолет, они не бросились на дно рва, как это было вчера, продолжали рабо­тать». Дружинин Н. Без вести пропавшие: Роман-хроника. Тула: Гриф и К, 2002.

Создавая круговую обо­рону, въезды в город забар­рикадировали. Для боя были подготовлены улицы, дома, пере­крестки. Улицы перекрыли барри­кадами, в отдельных домах обо­рудовали огневые точки, в стенах пробили бойницы. На Быховской улице многие дома также приспо­собили для использования в каче­стве огневых точек. Оборонитель­ную линию построили в центре города. За городом оборудовали два ложных аэродрома. Маршал А. И. Еременко писал: «Оборо­на была, таким образом, круго­вой и имела целью не дать врагу ворваться в город, ни с ходу уда­ром в лоб, ни обходным маневром с флангов или тыла».

Характеризуя обстановку в городе в первые дни войны, на­чальник Могилевского гарнизона полковник И. П. Воеводин вспо­минал: «Город как бы насторо­женно ощетинился, всюду укре­пленные точки, траншеи, окопы. Однако нет паники, суеты – просто суровое напряжение. Партийные и советские органы работают с нечеловеческой нагрузкой… Рас­ширяем госпитали. Изыскиваем медикаменты и перевязочные материалы…. В тыл отправляются ежедневно эшелоны с женщинами и детьми. Формируем резервные воинские подразделения, отряды народного ополчения. Есть еди­ное мнение: «Могилев оборонять до последнего».

Чекистские отряды, органи­зованные в Могилеве, нанесли значительный ущерб противнику в живой силе и технике. Однако в силу многих обстоятельств (не­достатки в боевой подготовке, материально-техническом обе­спечении, неподготовленность к длительной борьбе в условиях ок­купации, отсутствие опыта и т.д.) они не смогли создать стабильную структуру, способную вести длительную борьбу с оккупантами.

27 июня. Первым прибыл к Мо­гилеву 388-й стрелковый полк (ко­мандир-полковник C. Ф. Кутепов)

В Могилев прибыл штаб 61-го стрелкового корпуса. Командова­ние корпуса – генерал-майор Ф.А. Бакунин и бригадный комиссар И. В. Воронов – встретились с руководителями города и области для обсуждения вопросов оборо­ны Днепровского рубежа и Моги­лева.

28 июня. Рубеж от Тишовки до Полыкович и Пашково, прикрывая Могилев со стороны Минского шоссе, занял 514 -й стрелковый полк (подполковник С. А. Бонич). Воинские стрелковые части на западном берегу Днепра прикры­вали артиллеристы 493 -го артил­лерийского полка (полковник И. С. Мазалов).

Разгрузившись в Чаусах, по­ходным маршем прибыл и занял оборону юго-восточнее Могиле­ва на левом берегу Днепра 747-й стрелковый полк (подполковник А. В. Щеглов).

28 июня. В Могилев прибыл штаб Западного фронта, который расположился в лесу по Чаусско- му шоссе в 12-ти км от завода им. С.М. Кирова и приступил к разра­ботке плана обороны г. Могилева.

Наши войска оставили Минск, Осиповичи, Бобруйск, Круглое.

28 июня. Танковые части гитле­ровцев вступили на территорию Могилевской области в районе Бобруйска, части Красной Армии заняли оборону на восточном бе­регу реки Березины.

29 июня. Немецкие диверсан­ты проникли на улицы Могиле­ва. Одетые в форму работников НКВД, они открыто вели враждеб­ную и террористическую деятель­ность, пытаясь таким образом повлиять на население, посеять панику и неуверенность. Отряды милиции и бойцы истребительно­го батальона провели антитерро- ристические действия по выявле­нию диверсантов и лазутчиков в городе.

Григорий Федосеевич Мар­ченко – один из участников оборо­ны Могилева, бывший в июле 1941 года курсантом Минской школы милиции, а впоследствии одним из бойцов батальона милиции ка­питана Владимирова, вспоминал: «С июля мы всем составом школы вступили в народное ополчение. Вылавливали и уничтожали диверсантов, вражеских лазутчиков. Они укрывались на крышах домов, в подвалах, ярах. В районе Луполово, где был аэродром, уничтожили около 30 немецких парашютистов».

313-й авиаполк, прибывший в Могилев 28 июня с Запада на аэ­родром Луполово, нанес бомбо­вый удар по танковым и пехотным колоннам противника в районе Бобруйска.

Немцы рассчитывали овладеть Могилевом с ходу, о чем свиде­тельствует запись в дневнике начальника Генерального штаба сухопутных войск генерал-пол­ковника Гальдера: «29 июня 1941 года. 8-й день войны. Гудериан наступает двумя танковыми ди­визиями (3-й и 4-й) на Бобруйск и ведет разведку в направлении Днепра явно не для того, чтобы наблюдать за районом Бобруй­ска, а для того, чтобы форсиро­вать Днепр. Я надеюсь, что еще сегодня он овладеет мостами че­рез Днепр у Рогачева и Могилева и тем самым откроет дорогу на Смоленск и Москву».

30 июня. Могилев подвергся массированной бомбардиров­ке фашистской авиации. Сбиты 3 самолета противника. Все ча­сти и отдельные подразделения 172-й стрелковой дивизии заняли отведенные им позиции. 338-й полк (командир полковник С. М. Кутепов) и 514-й полк (командир подполковник С. А. Бонич) заня­ли оборону на западном берегу Днепра от д. Буйничи до д. За­тишье. 747-й полк (командир под­полковник А. В. Щеглов) остался на восточном берегу Днепра для прикрытия левого фланга и тыла 172-й стрелковой дивизии.

1 июля. «Под Могилевом, на ко­мандном пункте Западного фрон­та, в штабной землянке с участием представителей Ставки главного командования Красной Армии маршалов Советского Союза К.Е. Во­рошилова, Б.М.Шапошникова, члена Военного Совета фронта, командованием 61-го стрелково­го корпуса (именно на него воз­лагалась оборона Днепровского рубежа), первого секретаря ЦК (б) Компартии Белоруссии П. К. Поно­маренко и областного партактива был утвержден план обороны Мо­гилева и Днепровского рубежа. А также развертывания массового сопротивления фашистам в случае оккупации области» (из воспоми­наний комиссара 172-й стрелковой дивизии Леонтия Черниченко).

ЦК КП (б) были приняты ди­рективы № 1 от 30 июня 1941г. «О переходе на подпольную работу партийных организаций районов, занятых врагом»; № 2 от 1 июля 1941 г. « «По развертыванию парти­занской борьбы в тылу врага».

Вражеская авиация массиро­ванно бомбила город.

В 19 часов по сигналу зеленой ракеты поднялся в воздух на пере­хват бомбардировщиков против­ника в районе Могилева и вступил в бой с превосходящим противни­ком старший лейтенант, командир эскадрильи 161-го истребитель­ного авиационного полка 43-й смешанной авиационной дивизии Николай Терехин. Он стреми­тельно приблизился к ближайше­му самолету и пулеметным огнем сбил бомбардировщик «Хейн- кель-111» (….) и таранил два вра­жеских бомбардировщика. За этот подвиг отважный летчик был награжден орденом Ленина.

Константин Симонов, который встретился с Терехиным в июле 1941 г. на аэродроме под Могиле­вом, посвятил ему стихотворение «Секрет победы», которое обле­тело все фронты. Там есть такие слова:

«Но третий «юнкере» уходит,
Надо его подбить!
Ценою жизни победу

Терехин решил добыть.
Даже не на бензине –
Бензина на полрывка, –
Как Чкалов – на самолюбье
Терехин догнал врага.
Теряя последнюю скорость,
Упав, как железный ком,
Таранил он третий «Юнкере»
Разбитым своим «ястребком».
И далее:
«У храбрых есть только
бессмертье
Смерти у храбрых нет.

Не хочешь смерти – будь храбрым.
Вот вам и весь секрет».

2 июля. Могилев объявлен на осадном положении. Горожане самоотверженно тушат пожары, разбирают завалы от разруше­ний.

С 3 по 9 июля на подступах к Могилеву шли бои разведыва­тельного характера. Но и тогда противник почувствовал силу на­ших ударов, потерял много живой силы и техники.

3 июля. По приказу генерала Романова на дальние подступы к городу были высланы разведыва­тельные отряды.

3 июля. Руководство респу­блики издало директиву о опе­ротрядах истребления танков и десантов врага. В Могилеве с этой целью был сформирован 1-й коммунистический батальон. Командиром его назначен А. А. Сороко. Полные данные о его со­ставе отсутствуют, однако из вос­поминаний участников явствует, что в батальон было зачислено 70 студентов пединститута, имевших отсрочку от призыва на фронт. Под руководством секретаря горкома комсомола П. Воложина организовали сбор бутылок, заполняли их бензином и другими быстро- воспламеняющимися смесями, наладили тренировку бойцов.

-

С помощью специалистов городской библиотеки им.К.Маркса мы воспроизводим хронику 23-дневной обороны Могилева.

3 июля – 394-й стрелковый полк 110-й стрелковой дивизии занял боевой участок на западе от города (Минское направление). На станцию Луполово прибыл штаб 172-й стрелковой дивизии (командир дивизии генерал-майор М.Т. Романов).

Важную роль в обороне Могилева сыграло народное ополчение. Конкретным указанием к его созданию стала речь И. Сталина 3 июля по радио, в которой говорилось; «В каждом городе, которому угрожает опасность нашествия врага, мы должны создать такое народное ополчение, поднять на борьбу всех трудящихся, чтобы своей грудью защитить свою свободу, свою честь, свою Родину в нашей Отечественной войне с германским фашизмом». На всех крупных предприятиях города началась массовая запись добровольцев в отряды народного ополотряды народного ополчения: авторемонтном заводе им. С.М. Кирова, швейной фабрике имени В. Володарского, фабрике искусственного волокна имени В.В. Куйбышева, труболитейном заводе имени А. Мясникова.

В Могилеве продолжают формироваться отряды народного ополчения на предприятиях и в учебных заведениях. Они оказывают важную помощь войскам Красной Армии в борьбе с вражескими полчищами. Их организатором явилась областная партийная организация. Секретарь областного комитета партии Н. Т. Вовнянко, заместитель председателя облисполкома И. М. Кардович, секретарь обкома комсомола Ф. А. Сурганов повседневно и непосредственно занимались практической работой по созданию массового народного ополчения.

Ополченские формирования в Могилеве были созданы на всех крупных промышленных предприятиях. На фабрике искусственного волокна в ряды добровольцев первоначально вступило 800 рабочих. Через некоторое время в строю бойцов-ополченцев этой фабрики и кожевенного завода находилось уже около 1500 человек. В областном центре к 12 июля в ополчение вступили 12 тыс. человек, что позволило организовать 14 батальонов. Их ядром являлись коммунисты непризывных возрастов, которые были способны носить оружие. Командирами и политработниками подразделений народного ополчения горком партии утверждал членов и кандидатов в члены ВКП (б), обладавших военными знаниями и способных в сжатые сроки обучить людей военному делу, руководить ими в бою.

Организационной работой по созданию народного ополчения руководил штаб, который возглавил секретарь городского комитета партии А. И. Морозов. В его состав входили заведующий городским отделом здравоохранения Н. Ю. Шпалянский, заведующий военным отделом горкома партии Н. Д. Смирнов, секретарь горкома комсомола П. Ф. Воложин, председатель областного совета Осоавиахима И. М. Аруин, заведующий гороно П. Е. Терентьев и др. Штаб провел большую работу по организации батальонов, их вооружению и обучению военному делу. В ходе героической обороны Могилева штаб обеспечивал ополченцев оружием, боеприпасами, осуществлял связь с регулярными частями советских войск. Помощь оказало и командование 172-й стрелковой дивизии. Например, 388-й стрелковый полк отремонтировал и передал добровольцам фабрики искусственного волокна 180 винтовок, хлебозавода – 50, ополченцам других предприятий – 220 винтовок. Воинские части вооружили всех ополченцев, действующих на главных рубежах обороны Могилева. В частности, батальон,которым командовал П. Е. Терентьев, имел, кроме винтовок, миномет и три станковых пулемета. Подразделению ополченцев, возглавляемому К. Г. Владимировым, оружие предоставило областное управление милиции. Формирование, которым командовал А. А. Сороко, имело 157 винтовок, 12 ручных пулеметов.

3 июля 1941 года передовые отряды гитлеровцев вышли на дальние подступы к Могилеву. Разведотряды дивизий 61-го стрелкового корпуса завязали с ними бои, положив тем самым начало 23-дневной героической обороне.

Потоки беженцев шли из западных районов. Отправились в путь и сотни могилевчан. Об этом сохранилось немало воспоминаний. Белорусский поэт П. Глебка, сотрудник газеты «Красноармейская правда», в те дни оказался в Могилеве и записал: «На закате солнца (3 июля) подошли к Могилеву. Вот он – конечный пункт наших устремлений. По шоссе идут и идут беженцы, мчатся военные машины. Перед самым городом возводятся укрепления, стоят замаскированные орудия. В городе нас задержали, отвели на шелковую фабрику. Там разобрались и отпустили. Пошли в город. В саду нас застал налет. Переждали и двинулись дальше искать ЦК. Нигде ничего не добились, однако стало ясно, что ЦК, Правительство и штаб фронта из Могилева выехали. Я надеялся разыскать редакцию «Красноармейской правды» и предложил ехать в Смоленск. Двинулись на вокзал. По дороге встретили много беженцев, которые шли с вокзала, говорили, что сегодня поезда не будет. С одной из групп возвращаемся назад. Зашли на какой-то двор, попросились переночевать. У нас проверили документы и разрешили. Легли под липой на голой земле. Целую ночь над нами летали ракеты, где-то стреляли, гудели самолеты. Так встретил меня Могилев, все мои надежды развеялись. С тревогой в сердце утром 4 июля двинулись на Кричев…»

Создавая круговую оборону, въезды в город забаррикадировали. Для боя были подготовлены улицы, дома, перекрестки: в отдельных домах оборудовали огневые точки, в стенах пробили бойницы. На Быховской улице многие дома также приспособили для использования в качестве огневых точек. Оборонительную линию построили в центре города. За городом оборудовали два ложных аэродрома. Маршал А. И. Еременко писал: «Оборона была, таким образом, круговой и имела целью не дать врагу ворваться в город ни с ходу ударом в лоб, ни обходным маневром с флангов или тыла».

Рубежи Могилевской обороны к 5 июля заняли 53, 110, 137 и 172-я стрелковые дивизии, прибывшие из глубинных районов страны. Организационно они входили в состав 61-го стрелкового корпуса 13-й армии. Части 172-й дивизии встали на оборону непосредственно Могилева: 388-й стрелковый полк занял рубеж в районе Тишовка – Буйничи. Его поддерживал 340-й легкий артиллерийский полк. На западном берегу Днепра в районе Пашково-Тишовка закрепились 514-й стрелковый и 493-й гаубичный артиллерийский полки. 747-й стрелковый и 601 -й гаубичный артиллерийский полки заняли оборону на восточном берегу Днепра. Были задействованы также 110-я стрелковая дивизия на рубеже Шклов-Мосток, проходившем по восточному берегу Днепра, 137-я стрелковая дивизия на рубеже Понизовье-Левки, 53-я на рубеже Копысь-Шклов. Таким образом, дивизии 61-го стрелкового корпуса держали оборону на участке Западного фронта: Орша-Копысь-Шклов-Могилев-Дашковка.

Силы вражеских войск составляли шесть соединений. На бобруйско-могилевском направлении действовали 3-я и 4-я танковые дивизии, на березинско-могилевском – 17, 18,10-я танковые и 10-я моторизованная дивизии.

-

С помощью специалистов городской библиотеки им. К. Маркса мы воспроизводим хронику 23-дневной обороны Могилева.

4 июля – 172-я стрелковая дивизия практически вся прибыла к Днепровскому рубежу. Командующий 172-й стрелковой дивизией генерал-майор М. Т. Романов и комиссар Л.К. Черниченко посетили областной военкомат, где находился штаб внутригородской обороны. В беседе с руководством города Макаровым, Морозовым, Воеводиным они узнали, что на основе решения, принятого в штабе Западного фронта в присутствии представителей Ставки Главного командования, обороне плацдарма под Могилевом придается первостепенное значение. Она должна сковать крупные силы врага, дать возможность выиграть время для перегруппировки сил в стране и перехода в контрнаступление.

4 июля. Начались бои на ближних подступах к Могилеву. Утром отдельный разведывательный батальон под командованием капитана В.М. Метельского провел первый бой с противником на Бобруйском направлении.

«У моста через реку Друть под Белыничами оборонялась батарея капитана Б. Хигрина.

Ее атаковали мотоциклетная рота и колонна танков. В бою батарейцы уничтожили 6 бронемашин, а саперы взорвали мост. Около 10 вражеских танков по мелководью преодолели реку, но были встречены плотным артиллерийским огнем. Несколько машин бойцы подожгли бутылками с зажигательной смесью. Бои на реке Друть продолжались 4 и 5 июля. Мужественно сражались артиллеристы. Их командиру капитану Б. Хигрину было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза» (из воспоминаний комиссара 172-й стрелковой дивизии Леонтия Черниченко).

5 июля. Отход боевого охранения 110-й и 172-й стрелковых дивизий на рубеж реки Лахва, населенных пунктов Селец, Салта-новка, Княжицы. Истребительные батальоны уничтожают воздушные десанты немцев у деревни Сумароково. Противник начал форсирование реки Друть, и выдвинутые вперед отдельные части дивизии втянулись в ожесточенные бои.

5 июля. Решением Могилевского обкома и городского комитета КП (б) Б созданы штабы народного ополчения: областной и городской в г. Могилеве.

Утром из Бобруйска в сторону Могилева выступила колонна фашистских войск.

Противник занял г.п. Белыничи.

Со стороны Белынич наступала фашистская мотодивизия «Рейх». Ожесточенные бои начались на участке 614-го стрелкового полка, но контратакой фашисты были отброшены за р. Лахва. В схватке с врагом погибли, отражая атаки, командир 394-го стрелкового полка полковник Я.С.Слепокуров и командир 494-го стрелкового полка полковник Ф.А. Живолуп.

6 июля. Противник, создав численное превосходство в живой силе и технике, повел наступление на нескольких направлениях. Немцы подошли к переднему краю обороны в районе д. Титовка, с ходу форсировали реку Лахва и атаковали расположение 388-го полка полковника С. Ф. Кутепова и 340-го легкого артиллерийского полка полковника И. С. Мазалова, но встретили упорное сопротивление, которое было завершено контратакой. Враг был отброшен за реку, понес большие потери и в течение трех дней не делал попыток к наступлению.

Вечером 6 июля в штабе 172-й стрелковой дивизии были подведены итоги боев. Оборона выдержала первые испытания.

7 июля. В отряды народного ополчения вступило свыше 6 тысяч рабочих, служащих и студентов. Завершены работы по сооружению 25-километрового

противотанкового рва: р. Днепр – Бобруйское шоссе – д. Казими-ровка – д. Гаи – д. Полыковичи – р. Днепр; вырыты окопы и ходы сообщения полного профиля; сооружены дзоты; возведены противотанковые надолбы; поставлены проволочные заграждения в два ряда; установлены противотанковые и противопехотные минные поля; на лесных дорогах созданы лесозавалы; на высоких деревьях оборудованы наблюдательные пункты; создана вторая линия оборонительных сооружений на окраине города и улицах; возведены баррикады, в отдельных домах оборудованы артиллерийские и пулеметные огневые точки. Город очищен от вражеских лазутчиков.

7 июля. Отступающие части 7-й воздушно-десантной бригады ведут бои на северо-западе от города, на рубеже Водва – Речки -Княжицы. Начались бои у деревни Полыковичи. Противник оттеснил наше боевое прикрытие и вышел на ближние подступы к городу.

Гитлеровцы с боями вышли на рубеж Грибачи-Княжицы, далее по р. Друть – Даш ковка и находились в 15-20 км от Могилева.

8 июля. Моторизованные группы врага активизировали разведку со стороны Бобруйска и Минска. В д. Межисетки подразделения 388-го стрелкового полка вели многочасовой бой на подступах к основному рубежу обороны.

Батальон войск НКВД комбрига Н. И. Кулагина занял участок обороны д. Гаи д. Полыковичи – р. Днепр.

Над Могилевом сбито 2 фашистских бомбардировщика.

8 июля. К исходу дня части 13-й армии продолжали укрепление занимаемых рубежей и отражали атаки противника. 172-я дивизия отразила попытки противника прорваться передовыми частями в район Могилева.

9 июля. 7-я воздушно-десантная бригада отведена за Днепр, ее рубеж занял 394-й стрелковый полк 110-й стрелкррой дивизии. Противник, перебросив на восточный берег реки Лахвы свои мелкие разведгруппы и отряды, вплотную приблизился к основной линии обороны и вел разведку подступов к городу со стороны Бобруйска.

9 июля. В районе Дашковки и севернее Шклова противником начата подготовка к форсированию Днепра. Областной военком полковник И. П. Воеводин из бойцов и командиров, отставших от своих частей, сформировал два резервных батальона, в командование которыми вступили майор Ковалев и капитан Максимов.

Вражеские войска захватили Быхов.

Из Москвы поступил приказ от Главного командования Красной Армии: «… удерживать Могилев во чтобы то ни стало…»

Командир 61-го стрелкового корпуса генерал-майор Ф. А. Бакунин поставил задачу командиру 172-й стрелковой дивизии генерал-майору М.Т. Романову: «Могилев надо сделать неприступной крепостью».

10 июля. Немецко-фашистские войска приблизились вплотную к подступам города, начались ожесточенные бои на главных рубежах обороны.

Противник форсировал Днепр на юге, в районе Барколабово Салтановка и на севере, в районе Шклое – Копысь (у деревни Калиновка). Ставка Главного командования преобразуется в Ставку Верховного Главного командования. Начались бои на участке 388-го стрелкового полка полковника С. Ф. Кутепова. 388-й полк занимал позиции на участке Затишье – Тишовка – Буйничи. В тылу кутеповского полка заняли оборону ополченцы шелковой фабрики, вооруженные винтовками и бутылками с зажигательной смесью. Оборону усиливали противопехотные заграждения из колючей проволоки, установленные к 4 часам утра, и противотанковый ров. Противотанковые минные заграждения саперы установили на полях между Бобруйским шоссе и железной дорогой, в районе деревни Бутримовка-Тишовка и на всех проселочных дорогах. В 14.30 2-й батальон 388-го полка направлен по Старо-Быховской дороге, идущей вдоль западного берега реки Днепр к станции Барсуки, с задачей отрезать пути отхода прорвавшейся танковой группе противника. 2-й батальон был вооружен только стрелковым оружием. Выдвинувшись из Буйнич, батальон смог дойти только до д.Салтановка, где по нему был нанесен сильнейший удар немецкой авиации с воздуха и мощный артиллерийский налет противника из деревни Межисетки. В результате стрелковые роты 2-го батальона понесли большие потери. Остатки подразделения укрылись в лесу на северной окраине Саптановки в ожидании дальнейшего приказа.

-

С помощью специалистов го­родской библиотеки им.К.Марк­са мы воспроизводим хронику 23-дневной обороны Могилева.

10 июля. У д. Недашево после сильной артподготовки немцы повели наступление на боевое охранение 747-го полка (коман­дир А. В. Щеглов) на юго-востоке города, но контратакой были от­брошены на исходные позиции. Генерал Гудериан писал: «Нам не удалось взять Рогачев и Могилев. Удастся ли пехоте опрокинуть хорошо организованную оборо­ну на участке реки Днепр, снова продолжать маневренную войну? Еще в большей степени вызывает сомнение возможность достиже­ния первых оперативных целей и окончания кампании уже в эту осень 1941 года».

Истребительный конный отряд Л.Я. Филимонова 388-го стрел­кового полка совершил ночной рейд в д. Дашковка. В этом бою уничтожено более 20 танков и бронетранспортеров противни­ка. На участок обороны города от р. Днепр до д. Буйничи выведено два батальона народного опол­чения фабрики искусственного волокна.

11 июля. Создан ударный отряд под командованием начальника штаба 747-го стрелкового полка капитана Г. Златоустовского. «В состав отряда вошли стрелко­вый батальон, курсанты полковой школы, артиллерийский дивизи­он, две батареи противотанковых пушек. Он занял боевые позиции в районе в д. Сидоровичи. Фаши­сты бросили против отряда около 40 танков, пехоту. Советские вои­ны стояли насмерть. Они отбили несколько атак противника» (из архивных документов).

Враг отступил к Днепру. Здесь были уничтожены несколько тан­ков и другой бронетехники про­тивника.

На днепровском рубеже оборо­ны после длительной авиацион­ной и артиллерийской подготов­ки немецко-фашистские войска на участках Быхов – Дашковка и Шкпов – Копысь впервые форси­ровали Днепр и отрезали 172-ю дивизию от баз снабжения про­довольствием, боеприпасами и транспортными средствами в Чаусах и Кричеве. На всей линии обороны Могилева шли непре­рывные бои.

Немцы захватили Шкпов. Из работников милиции был сфор­мирован отдельный батальон из коммунистов и комсомольцев численностью 250 человек. Ко­мандиром батальона был назна­чен начальник отдела службы и боевой подготовки областного управления капитан милиции К. Г. Владимиров, которому была поручена оборона участка Пашково – Гаи.

До конца первой половины июля бои за Могилев усилились, соз­далась непосредственная угроза, что фашисты ворвутся в город. «Примерно 11 или 12 июля к нам прибыл преподаватель Минской школы милиции Чернов и объявил приказ о формировании батальо­на милиции, в состав которого во­шли подразделения милиции Мо­гилева, Минская и Гродненская школы милиции, больше как 250 человек. Командиром батальона был назначен сотрудник област­ного управления милиции Вла­димиров, комиссаром батальона – Чернов, начальником штаба – заместитель начальника Минской школы Горбачев.

В середине июля нашей роте было приказано занять оборо­ну в районе Минского шоссе на подступах до станции Могилев-II. На третий день к нам прибыл ко­миссар батальона Чернов, ко­торый снял роту с занимаемого нами участка и лично сопроводил ее в район деревни Гаи, где в это время первая и вторая рота вели бои с большими силами против­ника. Здесь мы заняли оборону на опушке на вышине в непосред­ственной близости к деревне Гаи, откуда немцы стремились про­рваться на Могилев. Они прида­вали большое значение захвату позиций, которые занимал бата­льон милиции» (из воспоминаний бойца батальона И. Кожева).

11 июля. Вражеская авиация периодически бомбит оборо­нительные рубежи частей 172-й стрелковой дивизии на подступах к городу.

Буйничское поле. Утро. Земля вздрогнула: волны фашистской авиации, артиллерийская коно- нада, десятки танков, за ними пе­хотные цепи фашистов двинулись на позиции защитников. Атака от­бита. Воинами 388-го стрелково­го полка, 340-го артиллерийского полка, 174-го отдельного истре­бительного противотанкового дивизиона уничтожены 20 фаши­стских танков и сотни фашистов.

На Буйничском поле руководил обороной опытный офицер – ко­мандир 388-го стрелкового полка полковнике. Ф. Кутепов.

Фрагменты воспоминаний участников сражений:

Командир батальона Н. Л. Волков: «Лишь рассвело, по ли­нии обороны полка поднялись земляные всплески взрывов. Гу­дела и стонала земля. Пыль и дым сплошной стеной стояли над нами. – На нас идут до 100 танков и полка пехоты, – доложили мне с наблюдательного пункта. Про­тивник перенес огонь в глубину нашей обороны. Поднимая обла­ко пыли, приближались танки. За ними во весь рост, будто на параде, шла пехота. Заградительным огнем мы зажгли несколько тан­ков. Однако гремящая и шипящая лавина продолжала неудержимо двигаться вперед. Вверх взвивается красная ракета, и тут же в бой включилась вся система противо­танкового и стрелкового оружия. Пехота противника стала нести большие потери и залегла. Но тан­ки подходили к переднему краю. Вот они уже поднимают проволоч­ные заграждения. Несколько тан­ков подорвалось на минном поле. Опомнилась пехота противника и ринулась в атаку. Огонь пулеметов и минометов обратил гитлеровцев в бегство. Отошли в лес и уцелев­шие танки. В боях много было дра­матических и героических момен­тов. К вечеру бой утих. С радостью я доложил полковнику Кутепову и комиссару полка Зобнину о пер­вой победе. Кутепов сказал мне, что противнику нигде не удалось на участке полка прорвать обо­рону, и приказал немецкие танки ночью подорвать, нарушенную оборону к утру восстановить, по­полнить боеприпасы, раненых от­править в госпиталь».

Героически сражались Моги­левские ополченцы.

Комиссар батальона народных ных ополченцев П. Е. Терен­тьев: «Первое боевое крещение мы, ополченцы, приняли в районе Буйнич. Там мы занимали оборону вдоль оврага от Днепра до Бобруйского шоссе. 11 июля враг с ходу пытался сломать оборону на этом участке и овладеть Моги­левом. Сначала на прорыв были брошены танки. Но воины 388-го полка и наши ополченцы не дрогнули, выдержали атаку. Часть тан­ков в поисках наиболее уязвимых мест расползлась по полю и подорвалась на минах, часть была уничтожена нашей артиллерией. А те, что прижались к окопам у противотанкового рва, были по­дожжены бутылками с горючей жидкостью «КС». Мы убеждали ополченцев, что бутылки с горю­чей смесью – надежное средство борьбы с танками, но чувствовали, что кое-кто сомневается в этом. И лишь тогда, когда у наших окопов запылали два немецких танка, появилась уверенность».

Вот как характеризует обста­новку в эти дни командир 61-го корпуса генерал-майор Баку­нин: «Удары авиации гитлеров­цев на участке 53-й дивизии в течение всего дня (11 июля) были настолько сильны, что командир дивизии в одном из телефонных разговоров со мной сказал, что противник, видно, хочет вбить ди­визию в землю. «Но мы все равно не отступим», – заверил он в заключение».

12 июля. День начался воздуш­ной бомбардировкой, артобстрелом оборонительных рубежей наших частей на западном берегу Днепра и тыла 172-й стрелковой дивизии. На Буйничском поле по­сле мощной подготовки последовала атака крупных сил противни­ка на позиции 388-го стрелкового полка, 340-го и 493-го артполков и 174-го противотанкового диви­зиона. Атака отбита. Уничтожено около 20 фашистских танков и сотни фашистов.

Повторная атака металличе­ских громад численностью 50-70 танков. В бой вступила батарея противотанковых пушек Прощелы- кина, рота млад­шего лейтенанта Ларионова, ба­тарея лейтенанта Возгрина, разве- дотряд капита­на Метельского, бойцы народного ополчения шел­ковой фабрики.

Рота лейтенанта Хорошева встре­тила огнем пе­хоту противника.

Капитан Гаврю­шин поднял ба­тальон в атаку. Кровопролитный бой не прекращался в течение 14 часов. В течение этого дня за­щитниками на Буйничском поле уничтожено 39 танков противника Т – III и Т – IY, полк немецких сол­дат и офицеров и заставили нем­цев отступить на старые позиции, бросив на поле убитых, раненых, а также армейское имущество, среди которого оказались два ящика с наградами. Этот день вошел в историю как первое сра­жение Второй мировой войны, в котором немецкие танки понесли столь крупные потери.

Рассказывает бывший участ­ник сражения В. А. Пятков:

«Назавтра, 12 июля, немцы снова начали жестокие атаки. В бой пошла уже и пехота. Как они шли! Колонной, как на параде. Молодые, красивые, рослые, с закатанными рукавами (мы потом смотрели на них мертвых), они спускались от леса с высоты, по тому пути, где шли вчера танки.

Команда была не стрелять и подпустить их поближе. Наконец поступил приказ: «Огонь!» Это было страшно. В мгновение наши установки уложили не­сколько рядов фашистов. От ру­жейно-пулеметного огня пехоты колонны разметало по широко­му полю. Спасаясь, гитлеровцы бросились в стороны, но везде их доставали наши пули, мино­метный огонь».

Вот как описывал в письме могилевчанам этот бой стар­ший сержант И.И. Благов:

«Утром, когда немцы начали на­ступление, все выглядело для нас грозно и жутко. Развернутым строем от леса по полю ринулись танки, сопровождаемые пехотой. 

Они шли сквозь разрывы сна­рядов от заградительного огня нашей артиллерии и казались неуязвимыми. Совсем по-дру­гому было днем, в разгар оже­сточенного боя. Строй танков рассыпался в поле, часть из них застыла, подбитые артиллерией и подорвавшись на минном поле. Автомашины развернуты в раз­ных направлениях, часть их, обхо­дя минированную полосу, скопи­лась у железнодорожной насыпи. Горели на линии окопов машины от бутылок с горючей смесью. Пе­ред окопами и в них

- трупы немцев, изу­родованные прямыми попаданиями наших орудий, возле орудий

- убитые и раненые из расчетов… Огром­ные потери с обеих сторон. К вечеру картина изменилась. Немцы заняли первую линию траншей. Од­нако второй линией, которая была проти­вотанковым рвом, им овладеть не удалось. Вскоре контратакой первая линия была отбита. С опушки леса поднимались сиг­нальные ракеты, немцы начали отходить. Бой был выигран. Ли­нию обороны обошел командир полка С. Ф. Кутепов…»

Помощник начальника штаба 340-го артиллерийского полка А.Г. Кураков писал: «12 июля. Часть вражеских танков прорва­лась через линию обороны стрел­ковых подразделений и попала на огневую позицию 1 -й батареи нашего полка. Командир батареи лейтенант Лобков не растерял­ся. Подбили 5 танков, остальные были уничтожены противотанко­вой артиллерией… В этот день открыла счет подбитым танкам и 2-я батарея нашего полка, кото­рой командовал лейтенант Миха­ил Возгрин. Ею было уничтожено 4 немецких танка… Начальник хи­мический службы полка, капитан Петр Кацубо, возглавил проти­вотанковую оборону командного пункта полка. С группой бойцов ему удалось бутылками с горю­чей жидкостью сжечь один танк, а другой захватить неповрежден­ным».

13 июля. На участке 747-го стрелкового полка 172-й стрел­ковой дивизии противник занял Вильчицы – Затишье – Быстрик.

В ночь с 12 на 13 июля 1941 г. в Могилеве, в расположении 388 -го стрелкового полка Кутепова С. Ф. побывал русский писатель, общественный деятель Симонов К.М. и фотокорреспондент П. Трошкин.

К. Симонов был потрясен му­жеством защитников города. В своем репортаже «Горячий день» («Известия», 20 июля 1941г.) он восхищался действиями солдат и офицеров в этом бою, из кото­рого Родина узнала о героических защитниках Могилева.

Полк, которым командует пол­ковник Кутепов, уже много дней обороняет город.

- Снарядов и патронов у нас достаточно, а идти назад мы все равно не собираемся, – говорит т. Кутепов. И когда въезжаешь в расположение полка, то сра­зу видишь, бойцы здесь решили скорее умереть, чем отступить. В городе строгий порядок, об­разцово налажена связь. Со спокойной бдительностью про­веряются люди. Тщательно укре­плены позиции. Здесь воюют не только храбро, здесь воюют умело (строки из очерка «Горячий день»).