“Нельзя ли у театра вокзал остановить?..”

Якубовский, В. “Нельзя ли у театра вокзал остановить?..” / Владимир Якубовский // Магілёўскія ведамасці. — 2004. — 30 лiстапада. — С. 5.

«Постоянный театр составляет насущную потребность каждого благоустроенного города. Он изощряет вкусы, об­лагораживает привычки темной массы населения, а для людей интеллигентных служит местом отдыха от забот обыденной жизни». Так написала газета «Могилевские гу­бернские ведомости» 17 мая 1888 года — после первого спектакля в только что построенном Могилевском театре.

Надежды и оптимизм автора газетного отчета вполне понят­ны. Слишком долго просвещен­ная общественность Могилева ждала, когда у города со старин­ными театральными традиция­ми появится собственный теат­ральный дом. Постоянная оби­тель музы Мельпомены — это своеобразный пропуск в число цивилизованных городов, где экономическое развитие нахо­дится в гармонии с культурным процессом, духовно-нравствен­ным совершенствованием.

Предание и письменные ис­точники донесли до нас извес­тия о том, что прежде приют театральным труппам давали владельцы частных домов, а так же городские казармы губернского батальона. В теплое время года сценические представления проходили на подмостках ветхого летнего театра, который тогдашние могилевчане прозва­ли «воксалом».

Насколько же оправдались ожидания могилевских театра­лов, связанные со строитель­ством постоянного городского театра? По свидетельству со­временников, время восторгов продолжалось совсем недолго. Как утверждает Мирский-Исаев, автор брошюры «К 25-летию Могилевского театра», увидев­шей свет в 1913 году, уже с сентября 1888 года в отношении городских властей обозначилась тенденция — «превратить театр как бы в дойную корову. Это одно было бы еще с полбеды, но за этой коровой ни­чем не смотрел хозяйский глаз; ничье любящее хозяйс­кое сердце не забилось ни разу теплой любовью к ней… Театр обратился в того Щед­ринского конягу, на котором все желали ездить верхом, но никто не хотел кормить»…

Приведенная здесь характе­ристика представляет собой, ко­нечно, пристрастный взгляд не­равнодушного к театральной жизни человека. На самом деле в упомянутой четверти века были и важные события, на могилевс-кой сцене блистали яркие звез­ды тогдашней театральной Рос­сии.

Если же окинуть взглядом весь сложный путь могилевско­го театра — как до сооружения его нынешнего здания, так и пос­ле этого события, то в ней отчетливо проявляются периоды упад­ка и запустения и стремитель­ные взлеты, когда слава его раз­носилась далеко за пределы Приднепровского края. В целом история театра в Могилеве — это чередование темных и свет­лых полос разной продолжительности и интенсивности. А очередной «воксал» в его жизни случился совсем недавно — уже на нашей памяти. Лишь в 2002 году после длительной реконструкции здания двери театра открылись для зрителей. Более 10 лет коллектив провел вне «на­моленных» стен, «на чемоданах», в борьбе за выживание, за сохра­нение творческого наследия, за­щищая себя, своего зрителя и вечные человеческие ценности.

Историкам и театральным кри­тикам будущих времен предстоит подвести баланс «плюсов» и «ми­нусов», объективно оценить поте­ри и приобретения этого сложно­го периода. Сегодня еще не впол­не улеглись страсти, которые сами заслуживают драматургического осмысления. Слишком свежи вос­поминания, не до конца зарубцева­лись духовные трав­мы. Но один итог этого «смутного вре­мени» очевиден: те­атр как важнейший источник культурно­го развития и одновременно безоши­бочный индикатор социальной ста­бильности выстоял, сохранился и даже обрел некоторую до-полнительную ус­тойчивость под уда­рами жизненных об­стоятельств.

Есть в этой ситу­ации и весьма по­учительный истори­ческий урок. Он со­стоит в том, что суть театра в широком смысле слова не сводится к наличию театрального зда­ния, артистической труппы с определен­ным репертуаром и даже некоторой массы постоянных зрителей. В нем есть еще один, внешне неосязаемый, нематериализованный, но совершенно обязательный ком­понент. Его можно определить как постоянную потребность для на­селения города увидеть себя, свою жизнь в свете театрального прожектора, услышать о ней го­лосом сцены, оценить с точки зре­ния мировой культуры.

Иными словами, остается ак­туальной задача, сформулирован­ная 116 лет назад и изложенная в начале этих заметок. Более того, в своей категоричности она пред­ставляет собой «палку о двух кон­цах». А именно, если существую­щий в городе театр не «изощряет вкусы», не «облагораживает при­вычки массы населения», не «слу­жит местом отдыха от забот обы­денной жизни», то вправе ли та­кой город называться благоуст­роенным? Можно ли считать, что «воксал» и «казармы губернского батальона» невозвратно ушли в прошлое из жизни могилевского театра?

При всей риторичности этих вопросов ответ на них необходим. Так же, кстати, как и на дру­гие, не менее интересные. На­пример: что такое театр в жизни современных могилевчан? Как воспринимают город, происходя­щее в нем люди сегодняшнего театра? А также каким видят они место театра в Могилеве будуще­го?

Понятно, что ответы эти — дело не одной публикации. Предоста­вить возможность для такого дав­но назревшего разговора, для изложения мнений, позиций — задача рубрики «Театральные встречи».

А первые собеседники «МВ» — не администраторы, не чиновни­ки из ведомства культуры, не дру­гие «комментаторы со стороны». Они — самые не случайные в этой теме люди, артисты Могилевско­го областного драматического театра Елена Дудич и Александр Пьянзин.

Следует добавить, что их путь на сцену начался за пределами Беларуси. Пьянзин профессио­нальное образование получил в Челябинске, представляет российскую театральную школу. Ду­дич — выпускница Киевского те­атрально-художественного инсти­тута. Но мастерами сцены они стали именно в Могилевском драмтеатре, которому отданы 18 лет жизни каждого из них. В том числе и тяжелый период, когда театр находился на реконструк­ции. Атворческий потенциал, про­фессиональные устои артистов — в состоянии «инвентаризации» и переоценки ценностей. Но выс­тояли сами, помогли выстоять коллективу и сегодня имеют впол­не четкие ориентиры в театраль­ной жизни.

Дудич и Пьянзин — супруги и волею судьбы (а также режиссе­ра Андрея Гузия) стали осново­положниками своеобразного «се­мейного театра в театре». 17 ноября исполнилось 9 лет со дня премьеры спектакля по пьесе Б.Слайда «Если бы я знала, что ты йешь, я бы испекла тебе пи-А 25 ноября — 5-летний юбилей спектакля по пьесе Да-рио Фо «Свободная пара». В обо­их спектаклях актеры фактичес­ки играют только вдвоем. И не­смотря на это, оба представления не утратили интерес зрите­лей за все годы, остаются в ре­пертуаре театра, собирая пол­ные залы поклонников.

С вопроса о причинах этого своеобразного феномена начал­ся наш разговор с Еленой Дудич и Александром Пьянзиным:

Вы задействованы во многих спектаклях театра. Но чаще всего в последние годы ваши имена звучат в связи с этими двумя постановками…

Александр Пьянзин: А что в этом удивительного? Спектакли идут, других действующих лиц в них нет. О ком же тогда еще говорить? Кого остается ругать?..

Елена Дудич: Если говорить серьезно, то я считаю, что в обоих случаях по­лучилось очень удачное совпаде­ние сильной дра­матургии, акту­альной темы и ре­жиссерского за­мысла. В резуль­тате вечные нрав­ственные пробле­мы, которые все­гда волновали че­ловечество, заз­вучали очень со­временно, помо­гают зрителю со­риентироваться в тех жизненных и духовных пробле­мах, которые его сегодня волнуют.

Вы не упо­мянули еще об одной составля­ющей: мастер­стве исполните­лей…

Е.Д.: Думаю, что этот вопрос не к нам.

А.П.: Вообще, в профессиональ­ном отношении обе пьесы для артиста очень интересны и пре­доставляют богатейшие возмож­ности для самореализации. Например, «Пирог…», так мы меж­ду собой называем спектакль пг.. Слэйду. Сценическое действие в нем охватывает период в 25 лет, практически полжизни ге­роев. Представляете, какие воз-! можности здесь для перевопло-щения, для переосмысления жизни. Наверно, сегодня спек­такль уже существенно отличается от того, каким был 9 лет назад, после премьеры. Посто­янно находишь что-то новое, меняешь акценты, двигаясь вме­сте с героями по «шкале жизни».

Е.Д.: Такое ощущение, будто вновь, спустя годы, открываешь любимую книгу. И всякий раз находишь в ней что-то такое, чего не замечал более молодым. Уверена, похожее чувство испытывают и зрители. Не слу­чайно многие из них приходят на один и тот же спектакль неоднократно.