“Наш паровоз, вперед лети…”

   Гришанова, Л. “Наш паровоз, вперед лети…” : [потомственный железнодорожник В. Кочмаров] / Людмила Гришанова // Магілёўскія ведамасці. — 2017. — 7 марта. — С. 11.

«Поезд» жизни известного в Могилеве железнодорожника Василия Кочмарева подошел к станции под названием «юбилей». В январе Василию Харлампиевичу исполнилось 85 лет. Сколько разных станций, в прямом и переносном смысле, промелькнуло за окнами паровозов и тепловозов, которыми управлял потомственный машинист, как и его отец Харлампий Кочмарев, удостоенный звания «Почетный железнодорожник».

Кочмарев-отец: стахановец и «безводник»

В довоенные годы имя Харлампия Кочмарева «звучало» на всю Белоруссию. В нашей республике он стал первым последователем Петра Кривоноса, который в 1935 г. инициировал стахановское движение на железной дороге СССР. Кочмарев-отец не только был первым белорусским машинистом, взявшимся управлять тяжеловесными составами, но и являлся одним из первопроходцев в депо Могилев движения «безводников». В то время паровозы потребляли много воды, дозаправка ею на станциях требовала немало времени. «Безводники» стремились экономно расходовать воду, чтобы ее хватало до конечной станции.

Харлампий Архипович всего в жизни добивался своим трудом.

- Отец, когда был пацаном, пришел в Могилев в поисках работы пешком из деревни Заполье Рогачевского района, где вырос, – рассказывает юбиляр. – Он не знал отца и практически не встречался с матерью, которая жила в Рогачеве, оставив ребенка на произвол судьбы. В деревне у батьки жили дядьки и тетки, вот они и помогали ему, чем могли. Пришло время думать, как самостоятельно заработать на кусок хлеба. Отец не просто заработал на хлеб, но и многого в жизни добился. После окончания школы фабрично-заводского обучения получил профессию кузнеца и устроился в депо, где в то время не хватало машинистов. Вот он и переучился…

Когда перед Великой Отечественной войной инициативного Харлампия Кочмарева избрали депутатом Верховного Совета БССР первого созыва, то объявилась и его мамаша, стала писать сыну письма с просьбами о помощи, даже в гости нагрянула. Харлампий Архипович не простил мать, из-за которой рос сиротой. Однако благодаря лишениям у него выработался сильный настойчивый характер. До войны он достиг не только успехов на профессиональном поприще, но и создал семью, где подрастали двое деток, дом купил на Верхней Карабановке.

Жизнь в эвакуации

- Я в 1941 году окончил 1-й класс школы № 24, – поясняет Василий Харлампиевич, достигнувший профессиональных успехов отнюдь не из-за отцовского авторитета. – В первые дни войны вместе с мамой, трехлетней сестрой Галей, бабушкой (матерью моей мамы) и маминым братом успели эвакуироваться в Чувашию – город Канаш. Отец оставался перевозить из Могилева на восток оборудование фабрик и заводов. Позже он прибыл в эвакуацию вместе со своим паровозом. Мама в Чувашии устроилась работать телеграфисткой. Папа водил пассажирские поезда, потом доставлял эшелоны на фронт. У него, как машиниста, была бронь.

Василий Харлампиевич вспоминает о том, что все его детство было связано с бабушкой Ефросиньей Петровной Луговцовой. В эвакуации она перешивала одежду, которую вместе с внуком меняла в чувашских деревнях на продукты. Василий ходил и самостоятельно на вокзал к проходившим поездам для товарного обмена. Как-то кавалерист, следовавший на фронт, отдал мальчишке свои порванные галифе. Бабушка перешила их в добротные брюки, за которые селянка дала добрый кусок сала.

- В бабушкином доме на Карабановке вся родня перед оккупацией спрятала в погребе самые ценные свои вещи, -ведет рассказ собеседник. – Злодеи все покрали, а дом сожгли. Когда мы вернулись в освобожденный Могилев, бабушке пришлось поселиться с нами. Наш дом уцелел, но в нем жили солдаты, строившие мост между станциями. Квартиранты сразу освободили жилище.

Василий Кочмарев говорит, что из Чувашии они уехали, как только советские войска стали освобождать белорусскую землю. До возвращения в Могилев Кочмаревы остановились в д.Благовичи Чаусского района. Глава семьи оставался в Сураже – водил эшелоны на фронт.

- Деревня находилась в семи километрах от станции, где стоял санитарный поезд, – делится пережитым пожилой человек. – Мы с бабушкой собирали щавель на лугу, когда увидели, как немецкий самолет стал его бомбить. Потом прилетели два наших истребителя. Смотрим, они фашиста подстрелили, вражеский самолет загорелся. Бабушка даже заплакала от радости.

Повзрослел – поумнел

- Батька был машинистом 1-го класса. После войны его опять избрали депутатом Верховного Совета БССР. Отца награждали орденами Ленина, дважды – Трудового Красного Знамени, медалью «За трудовое отличие», – гордится родителем сын. – Отец с меня строго спрашивал за учебу, а я учился в школе плохо. В эвакуации я окончил 2, 3, 4 классы. В Могилеве пошел в 5-й класс. Помню, писал свой первый диктант по белорусскому языку. Столько ошибок наделал, что учительница зачеркнула первую строчку и поставила «два». Из средней школы перешел в вечернюю, где окончил 8 классов. Отец был мною недоволен, говорил: «Будешь кочегаром». А я мечтал стать летчиком, занимался в аэроклубе. Но медицинская комиссия не допустила меня к поступлению в авиационное училище.

И он пошел работать «кочегаром» – помощником машиниста на паровоз отца. Василию Кочмареву приходилось зимой забрасывать в топку до 20 тонн угля. При этом стараться, чтобы уголь слетал с лопаты веером – так топливо ложилось ровнее и прогорало быстрее.

- Отопление паровоза – настоящее искусство, – уверен почетный железнодорожник. – Труда я не боялся.

Возможно, что именно закалка физическим трудом помогла ему дожить до столь почтенного возраста. Кочма-рев-младший, поработав «кочегаром», поступил учиться в Гомельскую школу машинистов, откуда за год до окончания его призвали служить в железнодорожные войска. Учился успешно – на четверки и пятерки. Как говорится, повзрослел – поумнел. После окончания и года практики четыре года работал помощником машиниста, пока ему доверили управлять паровозом самостоятельно.

- После войны паровозы у нас были венгерские, польские и румынские, -уточняет Кочмарев.

Фамильная гордость придавала Василию Харлампиевичу желания работать не только не хуже, но и лучше знаменитого отца.

Груз ответственности «в одно лицо»

10 августа 1975 г. Василий Кочмарев первым в Могилевском депо повел в одиночку, без помощника машиниста, «тяжеловесный» поезд весом 3300 тонн на участке Могилев – Жлобин.

- Норма поезда в то время составляла 2 тысячи тонн, а я перевозил 4 тысячи тонн груза,- констатирует факт былого достижения заслуженный железнодорожник. – Привел я из Орши состав длиною 150 вагонов, груженный свеклой. В Могилеве 30 вагонов отцепили.

«В одно лицо» Кочмарев и еще 17 лучших машинистов Могилевского, Кричевского, Осиповичского депо водили паровозы более двух лет из-за нехватки квалифицированных кадров.

Василий Харлампиевич хорошо помнит рассказ отца о том, как тот водил поезда до Рославля, где на участке с уклоном вниз разрешалось снижать скорость до нулевой. Состав сам разгонялся до 120 километров в час. В какой-то момент вагоны накренились, но опытный машинист сумел вовремя выровнять состав и тот чудом устоял на рельсах. При осмотре почтовых вагонов Харлампий Архипович увидел, что все посылки сбились у одной стены. Как груз не перевесил? Бог миловал… Тот, кто думает, что у машиниста работа непыльная, сиди да управляй -прежде паровозом, ныне тепловозом, -глубоко заблуждается. Про напряжение и ответственность и говорить не приходится. На железной дороге случается разное: то под колеса из леса неожиданно дикий кабан выскочит, то человек неадекватный бросится на верную погибель.

Первый на сети дорог СССР

Наступило время признания заслуг Кочмарева-младшего. Василия Харлампиевича избрали на четыре года депутатом 9-го созыва Верховного Совета БССР, где он был членом комиссии по транспорту и связи. Избирался опытный машинист и делегатом XXIV съезда КПСС. За мастерское вождение поездов, техническое состояние паровоза, рационализаторские предложения Василия Кочмарева награждали орденами Трудового Красного Знамени, «Знак Почета», Трудовой Славы III степени, медалями «За доблестный труд» и «За трудовые заслуги».

Когда в 1970-е годы начался активный переход с паровозной на тепловозную тягу, то Василий Кочмарев первым на сети дорог СССР повел грузовой поезд тепловозом ТЭ-3 «в одно лицо». В течение двух лет он водил поезда без напарника без единого нарушения правил безопасности. В Министерстве путей сообщения Советского Союза не рискнули распространять опыт Василия Кочмарева – не у каждого получится совершить подобное «в одно лицо». Василию Харлампиевичу удавалось многое, что его коллегам и не снилось.

- Когда я работал на паровозе, ко мне прислали помощника машиниста, который как-то признался, что, работая с другим напарником, по распоряжению того отвинтил у моего паровоза головку в дымовой коробке, – делится ветеран труда. – Эту головку я придумал сам надевать на выхлопной конус, через который в трубу поступал пар. Подобрал необходимую высоту, рассчитал ширину выхлопа. Когда стал на ремонт, конкуренты и сняли головку…

Василий Кочмарев говорит о том, что никогда никому не кланялся. Будучи коммунистом, всегда ходил к любимой бабушке на Пасху поздравить ее со светлым праздником. Когда КПСС «приказала долго жить», то Василий Харлампиевич сохранил свой партийный билет и по-прежнему считает себя коммунистом. В свои 85 лет юбиляр еще «глядит орлом», на жизнь не жалуется и радуется каждому прожитому дню.