От Березины до Днепра и обратно

   Казак, А. От Березины до Днепра и обратно : что происходило на Могилевщине более трех с половиной веков назад / Александр Казак // Магілёўскія ведамасці. — 2017. — 28 марта. — С. 13.

Декабрь 1654 года. В разгаре война в Речи Посполитой между шляхтой и казаками, которые заручились поддержкой России. Московский царь Алексей Михайлович продолжает сражаться с Польской короной за обладание восточными городами. Под знаменами самодержца воюют запорожские казаки; поляки, перейдя уже Березину, приближаются к Могилеву. Однако населению достается как от тех, так и от других.

Готовились оборонять Могилев

Еще в середине октября полковник Константин Поклонский, перешедший на сторону Москвы, в челобитной царю докладывал, что немало хоругвей через Березину переправилось, и казаков, «в загонах будучих, посекли и побили». Он также предупреждал, что «ляхи будут дерзать ехать к нам под Могилев и Шклов, чтоб могли те города высечь и осесть». Тогда же он просил царской милости на помощь порохом и свинцом, тысячей-другой «добрых людей». Об этом же писали царскому величеству могилевские войт, бурмистры, райцы и лавники, просившие пожаловать «сирот и город свой Могилев ратными людьми, порохом и пушками».

Между тем продвижение польского войска от Бобруйска к Могилеву продолжалось…

Царь, конечно, отреагировал на сложившуюся ситуацию: «Мы великий государь указали послать в Могилев, для обереганья его от ляхов, из-под Дубровны окольничего нашего Ивана Васильевича Олферье-ва, а с ним солдатского строю полковника с полком, да голов стрелецких Аврама Лопухина да Логина Онисьева с приказы…» Велено было из Смоленска «отпустить тотчас» по триста пудов «зелья и свинцу». Но еще до середины ноября ничего исполнено не было.

Зато полную вольницу чувствовали в городе на Днепре и в уезде казаки наказного гетмана Ивана Золотаренко. Тамошним крестьянам они запретили поставлять в город ресурсы, сами же «хлеб, лошадей и всякую животину побрали». Как докладывал государю прибывший, наконец, в Могилев окольничий Олферьев, казаки Золотаренко «чинят обиды большие», «крестьян многих замучили до смерти и многие села и деревни разорили». Своей властью окольничий обязал гетмана удалить казаков из города и поставил на воротах и «в худых местах» своих стрельцов да солдат. Однако в уезде казачий полк продолжал бесчинствовать. Потребовалась в конце ноября специальная государева грамота, чтобы их прекратить.

Хоругви двигались ие только из Бобруйска

Ранним утром 18 декабря 1654 года под Новый Быхов, где стояли казаки Золотаренко, из Бобруйска под старшинством Оскирки прибыло около десяти хоругвей, насчитывавших до четырех тысяч конных и пеших людей. В Быхове к тому времени противостояли им желдаков (солдат) четыре хоругви, сто драгун, семнадцать хоругвей мещан и много тамошних крестьян. В тот же день в Хонове Быховского уезда был взят «язык» – литвин Назарка Дмитреев, которого в Могилев 22 декабря доставил полковник – Третьяк Федоров. Пленный рассказал, что в городе на Березине остались еще Гонсевский и Шапевский, а Смольский пошел в Минск за деньгами для людей. Всего эти четверо собрали шляхты и мужиков около десяти тысяч, не считая пехоты, причем Оскирка велел мужикам покупать пищали, «чтобы были готовы».

Доносивший об этом царю полковник Ивашко Ниротморцов обратил его внимание на то, что и Гонсевский в Бобруйске, и Радзивил с Глебовичем в Минске, и их люди в Борисове, и люди Сапеги в Лукомле, Череве и Толочине собираются все вместе идти под Могилев на Рождество Христово или вскоре после него. При этом, докладывал полковник, большой вал в городе только с трех сторон «и тот худ»; а с четвертой стороны – Днепр, и по нему, валу и острогу никакой крепости нет. «А солдат, государь, в Могилеве тысяча сто пять человек, из того числа многие лежат больны. А зелья (пороха), государь, в Могилеве в казне 9 бочек, фитилю 45 пудов; да… из Смоленска привезено фитилю 36 пудов 2 чети; а свинцу, государь, пудов с полтораста».

Польские войска уже действовали на всей территории от Березины до Днепра. В декабре разъезд Петра Забелы со товарищи пленил двух немцев и двух поляков в Бобруйске и доставил к Золотаренко в Новый Быхов. В Головнине, что в 5 милях от Могилева, разъезд Ивана Митковича, после того как поляки «место высекли», захватил спавшего во дворе шляхтича, который подтвердил, что Радзивил уже движется из Минска, Глебович находится в 12 милях от Могилева и общая численность их войска составляет 30 тысяч человек. Гетман Гонсевский под Бобруйском сосредоточил уже 20 тысяч войска. Некоторые полки стоят не далее 3 миль от Могилева и в ожидании Радзивила пустошат и жгут села, секут людей.

Не случайно в драматичные дни конца декабря 1654 года могилевцы вновь обратились с челобитной к самодержцу с просьбой защитить от неприятеля. Царь указал послать на помощь и «идти наскоро» стольника и воеводу князя Юрия Ивановича Рамадановского со товарищи и «многими нашими конными и пешими людьми». Запорожскому войску во главе с гетманом Золотаренко было велено сойтись с ними и «город Могилев и иные места оберегать». Константину Поклонскому с его полком тоже был приказ «промышлять заодно».

Кто он, гетман Золотаренко?

Полковник белорусский По-клонский пришел к городу на Днепре и встал с 4 тысячами казаков в полумиле от него в Буйничском монастыре. Золотаренко же в это время отступил от Быхова, как говорили многие ратники, по договоренности с его жителями, дескать, «многая казна» обещана за это. И это при том, что накануне гетман Богдан Хмельницкий писал Золотаренко о необходимости стоять у Быхова и «добывать его как можно». После отхода казаков в Быхов пришли шесть радзивиловских полков. В войске же гетмана осталось тысяч 8 «или мало больше, потому что разошлись многие, не любя Золотаренко». Отчего не любили ратники своего предводителя? Не только за излишнюю сговорчивость, беспринципность, а и зато, рассказывали казаки, что «напившись пьяным, убил до смерти судью войскового Силуяна Мужиловского».

В следующем 1655 году, как повествует летопись, «украинские казаки, награбившись», уехали, а Золотаренко «с малыми людьми» остался. В январе могилевское поспольство и сам гетман еще просили помощи у государя Алексея Михайловича. Но на подмогу Золотаренко прибыли лишь ратники его родного брата щ нежинского полковника Василия. Позднее, в феврале и марте того же года, гетман в прямом смысле застрял под Новым Быховом и не смог прийти на помощь осажденному Могилеву, сославшись на «снеги великие».

Зато не помешали снега сходить войску Золотаренко к более южному городу на Березине. В начале марта особой грамотой гетман рапортовал царю: «…пришедши до тех городов (Бобруйска и Королевской Слободы – авт.), оных взяли, в которых много врагов и недругов вашего царского величества пребывало, и тех всех, что было служилого люду, поляков и немцев, под меч пустили, а города обадва без остатку попалили…»

И еще один штрих к портрету наказного гетмана Золотаренко. В деле под Бобруйском и Королевской Слободой (сегодня деревня в Светлогорском районе Гомельской области) его казаки захватили трех «языков»

- Паца, Щуку и Поступалского, которых он не отправил, вопреки предписаниям, к царю, а оставил у себя.

И еще о дисциплинированности и порядочности Золотаренко. После того как в начале апреля 1655 года его казаки город Глуск «добыли и, добывши, огнем выпалили», наказной гетман направил, наконец, в середине того же месяца помощь осажденному Могилеву, о чем отчитался перед государем: «…Иван Золотаренко посылает под Могилев на выручку твоим государевым людям рекою Днепром, стругами, двух полковников с ратными людьми: брата своего родного Василия Золотаренко да брата же своего двоюродного Тимофея Оникеева; а наказной, государь, гетман Иван Золотаренко хочет идти под Могилев со всеми ратными людьми вскоре после братьев своих…»